История возникновения мебели

… Однажды, убирая пещеру, древняя женщина поняла, что все эти кости, шкуры, горшки и охотничье барахло ее мужа совсем не украшают жилище, а наоборот, портят его своим видом. Поискав, куда бы убрать все лишнее, она случайно наткнулась на деревянную колоду, полую внутри. “Вот и прекрасно!” – обрадовалась женщина.

“Сюда я и скидаю все лишнее!” Трудно сказать, где именно появился этот первый шкаф-колода, но что это произошло примерно так, у ученых – антропологов не возникает сомнения! Оценив достоинства изобретения, полые внутри колоды стали изготавливать целенаправленно. В них складывали пищу, одежду, утварь. Потом люди научились делать грубо сколоченные ящики – лари; когда ларь накрыли крышкой, появился сундук, который и стал “мебелью”. Вообще слово “мебель” происходит от латинского слова mobilis – “подвижный”. Все, что передвигалось в домах: шкафы, кровати, стулья, столы – все это и есть мебель.

Сундук – один из самых важных предметов мебели, который служил не только для сохранения имущества, но был еще кроватью и сиденьем одновременно. Простой, удобный, универсальный, он стал атрибутом благополучия. Поэтому мода на сундуки держалась сотни лет. Прошли века, прежде чем сундук обрел замок, его обили полосами железа, а с торцов приделали ручки. Он стал надежным хранилищем добра, и его было легче в случае надобности перенести или перевезти. В Италии, например, на свадьбу приданое невесты прямо в сундуке отправляли в дом жениха.

Шли века, и постепенно к XIV веку неуклюжий сундук в Италии преобразился в грациозное кассоне (cassone), напоминавшее скорее ладью с резными и расписными боками. Сундуки стали специальностью первоклассных ремесленников; их не гнушался расписывать знаменитый итальянский живописец Боттичелли. Но еще до этого у сундука появился опасный конкурент – шкаф. Сначала обычный сундук поставили “на попа” и прикрыли сверху подобием двускатной крыши.

Преимущества такой конструкции были очевидны: вещи в ней хранились не “навалом”, а размещались по полкам. Один из уцелевших шкафов XIII века с двустворчатыми дверцами красуется ныне в Музее декоративного искусства в Париже. Он похож на сторожевую будку. Это целый дом в доме. С тех пор шкафы строили по законам архитектуры, наделяя колоннами, пилястрами, нишами и карнизами.

Сундук стал также прародителем креденцы (сге-denza). В средние века это был столик, за которым пробовали пищу перед тем, как подать ее к столу. Но позже креденца приобрела солидный цоколь, спереди оперлась на две ноги, а сзади – на сплошную стенку. В XVI веке креденцы строили уже в два этажа, разделяя их выдвижными ящиками.

Креденца, как правило, украшала гостиную, но к XVIII веку она появилась в бельевых и гардеробных помещениях (разумеется, в домах, где они были, то есть в домах с достатком). В близком родстве с креденцей состоял дрессуар (dressoir), известный со времен раннего средневековья.

Дрессуар представлял собой подобие буфета с этажеркой, на полках которой на виду размещалась дорогая посуда. Во Франции обладание дрессуаром строго регламентировалось королевским указом: дрессуар с двумя полками разрешалось иметь барону, с тремя – графу, с четырьмя – герцогу. Когда Анна Болейн стала супругой английского короля Генриха VIII (XVI век), она получила в подарок необычайный дрессуар в двенадцать полок; потом говорили, что это судьба уготовила несчастной королеве ступени эшафота (она была казнена, ложно обвиненная своим царствующим супругом в измене). Русским аналогом дрессуара можно считать поставец.

Со второй половины XVIII века начинается история серванта (от французского servante). Так тогда назывался низкий ящик с цилиндрическими ячейками. Потом сервант превратился в консольный столик с выдвижными ящиками. Мода на такую мебель держалась не более века. Ничего общего у нее с современными сервантами нет, ведь нынешние серванты – это большие “витринные” шкафы.

1730 год – год рождения секретера (от французского secretaire), или иначе дамского изящного столика со шкафчиком для бумаг, закрывавшегося дверкой. Когда дверку откидывали, она превращалась в столешницу. В Париже, в музее Ниссима де Камондо (известный богач и коллекционер М. де Камондо завещал свою коллекцию вместе с дворцом Парижу с условием, что будущий музей будет назван именем его сына Ниссима де Камондо, погибшего в воздушном бою в первую мировую войну. Музей существует с 1936 года) хранится секретер (бюро), который обошелся Людовику XV в миллион франков!

Модный мебельщик того времени Эбен отдал ему несколько лет жизни и умер, не завершив работы. Заканчивал ее ученик и зять Эбена краснодеревщик Ризенер. Это бюро украшено инкрустацией экзотических пород дерева и снабжено хитроумной системой запоров, а также цилиндрической крышкой.

Еще одним “боковым ответвлением” шкафов стали “кабинеты” – так с XVII века начали называть изящные шкафы и шкафчики с многочисленными ящиками для хранения бумаг, письменных принадлежностей и драгоценностей. Родина кабинетов – Италия, где их изготовили уже в XVI веке. Переписка в те годы служила стержнем отношений. Любовные и дружеские послания, родительские наставления, предостережения и поучения, поздравления и приглашения – все это доверялось бумаге и хранилось в ящиках кабинетов. Их украшали слоновой костью, черепаховыми пластинками, привозными породами дерева. Итальянские мастера достигли таких высот, что научились делать миниатюрные кабинетцы величиною с ладонь. А французский кардинал Мазарини дарил оппозиционным вельможам кабинеты фламандской работы, чтобы хоть на время усыпить их бдительность.

По достоинству оценили возможности шкафа и люди ученые. Где, как не здесь, можно было хранить свои научные приборы и записи? Сохранился древнеримский могильный барельеф, на котором изображен древний прообраз книжного шкафа: дверки его открыты, на полках видны свитки папируса – свидетельство бюрократических (или интеллектуальных) занятий усопшего. Возможно, такой шкаф был мебелью римских присутствий.

Правда, в средние века книги представляли собой драгоценные произведения из пергамента, и обычно их не доверяли шкафам, а прятали в сундуки за семью запорами. В шкафах держали лишь хозяйственные книги да семейные хроники, которые вел сам хозяин. В монастырских же библиотеках еще не было шкафов, и для надежности книги приковывали цепями к пюпитрам, за которыми их читали. Когда книги стали печатными и более доступными, им нашли место в буфетах вместе с посудой. И только в первой половине XVIII века – с тех пор как в Англии научились делать шкафы со стеклянными дверцами – книжный шкаф начинает самостоятельное существование.

Тем же англичанам приписывается еще одно изобретение – гардеробы. Правда, название у этого шкафа почему-то оказалось французским: garde – “хранить”, robe – “одежда”. Наверное, из-за пристрастия нации к красивой и модной одежде (впрочем, моду на нее устанавливали они сами). Во Франции для гардеробов придумали распялки – “плечики”, а в середине XIX века в платяной шкаф вставили наружное зеркало.

Но особое и, пожалуй, одно из самых почетных мест в истории мебели принадлежит комоду. Он поселился в домах аристократов и богатых буржуа в начале XVIII века. По-французски commode значит “удобный”. Предки комода – ренессансный итальянский шкаф с выдвижными ящиками кассетоне и все тот же сундук. Стиль рококо придал этому приземистому шкафчику волнистые контуры и причудливые украшения из бронзы. Самая громкая слава выпала на долю комодов, которые вышли из мастерских гениального мебельщика XVIII века Шарля Крессана. Его комоды называли “танцующими” – столько души и экспрессии вложил в них великий мастер.

Свое влияние на облик мебели оказало и развитие технологий. Долгое время мебель сколачивали из досок. И только на рубеже эпохи Возрождения безвестному умельцу пришла в голову идея рамки, которая держала дощечку – филенку. Это позволило усовершенствовать мебель, упростить ее изготовление.

Мебель стала и прочнее, и наряднее. Известно имя и другого революционера мебельного ремесла. Это Георг Реннер из старого немецкого города мастеров Аугсбурга. Во второй половине XVI века он изобрел пилу, которой можно было срезать тонкие слои дерева (фанеру). Вместо трудоемкой и очень дорогой инкрустации мебель теперь украшали мозаичными панно из тонкой фанеры. Фоном служил ясень, а узоры и картины делали из березы, липы, груши, яблони. Фанеру часто подкрашивали: буковую – в желтый цвет, грушу – под черное дерево. В XVII веке мебельные мастера размежевались. Те, кто делал резную мебель (стулья, кресла, диваны, табуреты и кровати), стали называться столярами. Шкафы, кабинеты, комоды и бюро, иначе – “корпусную” мебель, которую фанеровали черным деревом, мастерили эбенисты (чернодеревцы).

Говоря о мебели, нельзя не сказать, что она всегда находилась во власти художественных стилей и моды. Романская тяжеловесность сменилась готической вертикалью. Ренессанс принес формы, насыщенные пластикой. Стиль барокко заявил о себе пышностью отделки и декора; рококо – это текучесть и прихотливость, волнистые контуры, изогнутые ножки (помните “танцующие комоды”?). И как будто устав от причуд и витиеватостей прошедших стилей, мебельщики второй половины XVIII века обращаются к строгим и сдержанным классическим образцам античности. Однако ампир начала XIX века утяжелил мебель, сделал ее претенциозной, а бюргерский бидермайер вернул к простоте и изяществу. Красное дерево забывается ради ореха, сатинового и розового дерева.

Все изменилось в индустриальный XX век, когда производство мебели было поставлено на поток. Мебельные мастерские и фабрики штамповали шкафы и комоды огромными тиражами, благо на них всегда находился спрос – поменяв пещеры на роскошные дома, люди еще больше стали ценить порядок и удобства. Правда, несмотря на кажущуюся завершенность истории шкафа, она оказалась бы далеко не полной без еще одного изобретения – мебельной стенки. В 1945 году французу Полю Кадовису пришла мысль создать хорошо знакомую нам ныне композицию, состоящую из нескольких шкафов, выполненных в едином стиле. Набором унифицированных элементов он сразу решил проблему гардероба, комода, буфета и даже бара. И с этого времени свое триумфальное шествие по миру начала мебельная стенка!

Интересно, что в России широкое распространение мебельные стенки получили намного позже – в 70-е годы прошлого века. Неоспоримые достоинства стенки – ее вместительность и возможность упорядоченного размещения практически любых вещей – были по достоинству оценены нашими соотечественниками. Однако в те годы далеко не каждый советский гражданин мог приобрести мебельную стенку, поэтому она являлась своеобразным олицетворением благополучия и достатка.

Особенно ценились румынские, югославские, немецкие стенки. Даже сегодня есть немало людей, которые предпочитают эти вещи нынешнему “ширпотребу” и не спешат расставаться со своим прошлым.

Вот так, пройдя путь от грубой деревянной колоды до зеркально-стеклянной стенки, простой деревянный ящик стал “уважаемым шкафом”, предметом зависти соседей и вожделения антикваров. Но на этом путь его наверняка не закончился! Казалось бы, совсем недавно в нашей жизни появилось такое, без преувеличения, явление, как шкафы – купе.